Теперь я за тебя спокойна

06-окт Галина Нестерова 1 299 Фото: Николай Фомин

Валентина Степановна, простая и рано овдовевшая деревенская женщина,  лишилась единственной дочери, 32-летней Ирины, во время пожара.


Она проснулась среди ночи от едкой гари и бьющего в глаза яркого света. Не сразу поняв спросонок, что происходит, она некоторое время глядела на пламя, охватившее стены и пол, и только потом закричала:


«Пожар! Ирина, проснись! Выноси во двор Катю!»

Но кричала она напрасно. Ирина уже не могла её услышать. Степановна успела подхватить на руки шестилетнюю внучку и выбежать с ней из дома. Так в одночасье и она, и Катя потеряли любимого человека.


Отец Кати Виктор в это время был в городе, куда часто отлучался по якобы «важным» вопросам. Степановна же была уверена: завёл шашни на стороне. А когда тот приехал и узнал, что жены больше нет, увидел вместо дома пепелище, помялся и сказал Степановне:


– Ну, я тут подумал и решил: я в город уеду. А вы уж как-нибудь… Ничем не могу помочь… Сам на нуле…


– Не бойся, я сама подниму Катерину, она у меня всё, что осталось от Ирины. Без тебя обойдёмся! Ты всегда был как пятый угол в избе! – Степановна глянула на зятя из-под сурово сдвинутых бровей. – Бывай здоров!


Виктор вздохнул с облегчением. Ему не улыбалось остаться с маленькой дочкой на руках. Больше от него не было ни слуху ни духу.


– Не иначе, лешак побрал, – бурчала старушка, никогда не любившая выпивоху и гуляку-зятя. Она всё-таки думала, что хоть иногда тот будет навещать дочку. Но потом успокоилась: Катя не вспоминала отца, который её особо и не замечал.


Валентина Степановна, собрав всё своё мужество в кулак, с утроенной любовью принялась опекать внучку. Сначала ютились у соседей. Потом въехали в новый дом – его помогли отстроить всем миром. И Катя, которая обожала бабушку, радовала её: вскоре она пошла в школу и приносила одни пятерки. И вот уже Кате стукнуло 16.


– Лешак тебя побери! – сказала коронную фразу Степановна. – Где тебя носило? Я уж искать хотела идти! Опять с Никитой на карася ходила? Так хоть бы сказала! – распекала внучку Степановна. – И где улов? Неси в дом, сейчас ужин будем готовить.


Катя обняла ворчавшую бабушку и поцеловала в щёку. Степановна погладила повзрослевшую внучку по голове и украдкой вздохнула: красавица, вся в мать. Как бы не обидел кровинку Никита.


– Ты там с Никитой поаккуратней, ему как-никак 18 скоро. Лешак его возьми, твоего женишка, коли обидит!


– Бабуль, да что ты говоришь такое! Вот провожу Никиту в армию, дождусь, вместе учиться уедем, мы уже решили на геологический поступать. А к тебе буду в гости приезжать. А потом я тебя к себе заберу!


Так и произошло. Катя и Никита поступили в один из вузов страны. Дом сразу опустел, хотя Степановна регулярно получала письма от внучки. А в один из приездов Катя подарила ей сотовый телефон:


– Бабуль, я сама заработала на первой практике деньги, это тебе от меня подарок на 70-летие! Деньги я тебе буду на телефон закидывать, ты звони, если что! Всегда будем на связи, чтобы я не волновалась!


Степановна провожала внучку с какой-то тревогой. Ей бы радоваться, да на сердце почему-то было неспокойно.


Ранним утром она проснулась от стука в окно. Думая, что стучит соседка, она приоткрыла створку. Под окном в грязной одежде стоял подросток лет пятнадцати:


– Бабушка, можно к тебе, я озяб, совсем не спал, и есть охота!


Охая и ахая, старушка отперла калитку и пустила парнишку в дом.


– Тебя как звать, откуда взялся, от родителей убёг? – спросила она, ставя на стол тарелку с тушёной картошкой и наливая чаю. – Иди, руки помой, чумазый какой, поешь и после всё расскажешь, что за беда у тебя.

– Меня Олегом зовут. Прохоров Олег Викторович, мне 15 лет, – сказал мальчик, расправившись с едой и чаем. Старушка вздрогнула:


– Виктора сын? – мальчик кивнул и продолжал:


– Папка рассказывал, что ваша дочь, его первая жена, погибла на пожаре. А мамка моя была его второй женой. Она умерла три месяца назад. Папа стал ещё больше пить. А вчера пьяный уснул с папиросой. Начался пожар. Он успел назвать ваш адрес, мол, что вы не бросите в беде, – у мальчика задрожали губы. – Мне некуда больше идти. У меня никого нет!


Степановна явственно вспомнила пожар, унёсший жизнь её единственной дочери, перед глазами возникли страшные картины, как она выбегала из объятого пламенем дома на улицу с внучкой на руках. Господи, что мальчишке пришлось испытать! И теперь ещё одна сиротинушка на свете!


– Как это у тебя никого нет? У тебя сестра есть по отцу, лешак его побери!


 И тут же поправилась:


– Царствие небесное, хотела сказать. Значит, коли ты брат моей внучки, то и мне самый настоящий внук! Всё хорошо будет, Олежка! Сам цел, слава богу, дом у меня есть, и школа тут у нас хорошая. А когда приедет Катюша, вы обязательно с ней подружитесь. Она славная!


Тревога, мучившая старушку весь вчерашний день, отпустила. Степановна набрала номер Кати и коротко передала последние новости. Как ни странно, Катя озвучила её мысли:


– Бабуль, вот и отца настигла кара небесная – за то, что тебя и меня бросил в беде и ни разу ничем не помог. Сам погиб той же смертью, что и мама. Только братишку жалко. Но он уже большой, справится. И будет тебе по дому помогать. Я приеду, когда смогу, с братом познакомиться лично. А за тебя я теперь спокойна: не одна ты больше.


– Иди сюда, бабуль, сестра на связи, – подозвал как-то Олег к ноутбуку бабушку. – Она хочет с тобой поговорить.


Степановна с улыбкой села в компьютерное кресло: какое счастье, что на стрости лет Бог послал ей ещё одного любящего внука, да и Катюша не забывает!


– Бабуль, я бросила Никиту, – сообщила та. – Сказала, что выйду замуж за него, если вы с Олежкой будете жить с нами. Он наотрез отказался. А я люблю вас больше, чем его. Видно, это была детская влюблённость, мне только немножко грустно. Да и рано мне замуж. Я уже в дороге. Скоро буду дома.


Степановна обняла Олега, сидевшего рядом:


– Иди, чайник поставь, Олежка! Радость у нас – Катюшка возвращается! Да конфеты шоколадные достань, всей семьёй будем чай пить, – сказала она.


И внука как ветром сдуло.